пятница, 22 августа 2014 г.

Мы попрощались с Руфиной


А.Болдырев:

Сегодня мы попрощались с Руфиной. Она последний раз собрала нас.
Спасибо всем, кто пришел, мне было очень приятно видеть ваши морды и личики.
Кто не пришел, я знаю, мысленно был с нами, и тоже простился с Ней.
То время, когда мы были вместе, было самым сильным периодом в моей, и, я практически уверен, не только в моей, жизни. Мы были вместе, были сильными и у нас в горах все получалось. Или почти все.
И была Руфина. Мать всем нам. Тут сказать-то нечего. Ее звенящий голос всегда расставлял все на места.
Светлая ей память в каждом из нас.


Запустите музыку и кликните на фото, чтобы раскрыть его на весь экран.

Сегодня вечером было пасмурно, я привычным жестом метнул бухту удлинителя и начал косить газон. Потом что-то произошло и верхушки деревьев очень странно осветились и погасли. Руфина ушла. Я бросил газнокосилку и пошел писать это письмо.

2 комментария:

  1. Последний раз видел её больше года назад. Уже несколько месяцев, как она перестала узнавать меня по телефону. Но только после прощания ощутил, как перелистнулась последняя страница большой главы моей жизни. Теперь будет жизнь без Руфины. И как-то тревожно. Как-то получится.

    ОтветитьУдалить
  2. Арефьева Р.Г. в годы войны.
    Несколько лет подряд я просил Руфину Григорьевну записать мемуары. Каждый раз она отказывалась. Но однажды 2 или 3 года назад она коротко рассказала про своё детство в немецком плену. Не могу ручаться за точность, так как она категорически отказывалась рассказывать на диктофон.
    В осенью 1941 года (или летом 1942-го) Р.Г. в возрасте 4-5 лет была с матерью угнана из Ростова-на-Дону в небольшой концлагерь в районе границы Западной Украины и Польши. В лагере были только женщины и дети. Пленников использовали исключительно для производства крови, регулярно кормили и брали кровь для местного госпиталя.
    Летом 1944 года линия фронта вплотную приблизилась к концлагерю, стали слышна артиллерийская канонада. Несколько дней бараки не отпирались, пленники сидели без еды, кровь перестали брать. Но выходить было опасно: попытка побега каралась расстрелом.
    В один из дней барак открыли советские танкисты. Поняв, что перед ними советские пленные, приказали бежать в восточную сторону как можно быстрее, так как не могли гарантировать, что удержат деревню. Первые сутки пленные бежали без остановки. Дальше стало спокойнее, и люди разошлись в сторону своих городов. Р.Г. (7 лет) с матерью пешком и на попутках добрались до Ростова-на-Дону, но дом оказался разрушен бомбёжкой. Пришлось идти-ехать до Сталинграда в дом бабушки.
    Р.Г. пыталась оформить для матери статус узника концлагеря, но это не удалось, так как этот лагерь ни в каких документах не был упомянут (видимо, по причине малочисленности узников и беспорядочности бегства из него). Вот такая история.
    Записал
    Заболотных А.В.

    ОтветитьУдалить